Это был не огонь, на телах не было ожогов, но они были мертвы. Все мы инстинктивно открыли пальбу по верхушкам сияющих дюн из наших пламенных винтовок, но, разумеется, было уже поздно. Демари и я оторвались к правой дюне, с винтовками наготове. Мы вскарабкались на дюну и на полпути разошлись по окружности, вершина дюны была оплавлена в шлак нашим оружием, и, конечно, там не могло быть ничего живого. Hо с другой стороны дюны также не было ничего живого, ничего, что мы могли увидеть. Пески были пусты.
По пути обратно к месту, где лежали тела трех человек, Демари грязно ругался. Доктор Солвейг за его спиной резко произнес:
- Хватит Демари! Подумайте, что мы должны делать!
- Hо эти подлые...
- Демари!
Доктор Солвейг выпрямился и подозвал кивком головы последнего уцелевшего нашего отряда, который бегал осматривать дюну слева, но так же безуспешно. Это был человек по имени Гарсия, я ходил с ним в патрулирование, но знал его не слишком хорошо.
- Видели что-нибудь? - спросил Солвейг. Гарсия горько ответил:
- Еще огни, док! С этого холма я видел еще два или три таких сияния по направлению на Келси.
- Я так и думал. - Мрачно сказал Солвейг. - Марсиане, конечно, предусмотрели наши действия. Келси окружен ловушками, мы не сможем туда добраться.
- Hу и что это значит? - Спросил Демари. - Мы не можем оставаться здесь! И даже в Hиобе мы не можем вернуться, попадем в песчаную бурю. Может вам это и по вкусу, док, но я в прошлом году видел, что делает с человеком песчаная буря.
И я тоже видел.